Ой, братцы, вы бы только знали, как я люблю рыбалку... Прямо кайф какой-то. Утром, раненько, встанешь, возьмёшь банку с наживкой, удочку и направишься к реке... Вокруг свежо, в голове светло, а душа-то, душа, прямо как гармонь, раскроется вовсю ширь свою и запоёт, зальётся трелью соловья. Дух аж захватывает... Не передать словами.

Рыбачить хожу, конечно, не один, одному-то скучно. Есть у меня друган. Лёхой его зовут. Отменный мужик. Так вот он вообще по уши влюблён в рыбалку, жить прямо не может без неё. Рыбачит каждое утро. Летом, зимой. Короче, рыбацкий маньяк. Его не корми, но дай только посидеть с удочкой.

А какой Лёха юморист... Это вообще. С ним так просто никак нельзя. Сбацает что-нибудь – и целый день не стоишь на ногах, валишься. Сплошная смехатура. Ему бы с Петросяном или Евдокимовым выступать на сцене... Я как-то это сказал – он в смех. И за свое:

– Встречаются два рыбака. Один у другого спрашивает: "Что это у тебя рука в гипсе?". Тот и отвечает: "Да показал приятелю, какую рыбу однажды поймал"...

Мне, конечно, смешно. А наутро мы пошли на рыбалку. Вокруг тишь, свежо – благодать, одним словом. Идём, значит, к своему коронному месту. А Лёха такой, он молчать не может. Говорит:

– Когда женишься, никогда не бери с собой жену ловить рыбу.

– Почему? – спрашиваю я.

– У меня братан разок взял – и до сих пор кается. Сначала баба его громко болтала. Опосля не ту наживку нацепила, слишком рано подсекла... А далее дела и вовсе плохи пошли – больше мужика наловила.

– Не понял, разве это плохо?

– Для братана – да. Теперя баба на рыбалке пропадает, а он в избе убирается да готовит еду на всю семью. Вот такие-то, брат, дела.

У меня, не знаю почему, философски вылетело:

– Нда-а, непредсказуемая штука – жизнь.

Когда пришли с Лёхой на место, то сразу расположились. Закинули в воду удочки. Сидим, значит. И ждём. А утро, как назло, выдалось предательское. Ну, ни шиша не клюёт. От этого, конечно, ни настроения, ни удовольствия. Одним словом, скучно. Я даже принялся читать "Крокодил", который случайно прихватил с собой. В этот момент по берегу шёл дед Тимоха, сосед Лёхи через дорогу. Мой друган оживает:

– Глянь, счас клюнет!

Он, значит, выхватывает из моих рук журнал, заходит в реку и, раскрыв "Крокодил" над водой, заносит свой кулак.

– Чё это ты, паря, делаешь? – подаёт голос дед Тимоха, останавливаясь как раз возле нас.

– Т-с-с! – Лёха делает загадочное лицо. – Ловлю рыбу новым способом.

– Это каким же? – у старика проснулся живой интерес.

Друган, как ни в чём не бывало, объясняет соседу:

– Рыба, как известно, тварь любопытная. Так что как только подплывёт и высунется, чтоб, значит, журнал прочесть, – я ей тут же кулаком в лоб!

– Ну и много поймал таким способом? – на полном серьёзе спрашивает дед Тимоха.

– Ты пока что первый! – хохочет Лёха.

Старик сообразил, что так легко попал впросак, но нисколько не обиделся. Наоборот, сквозь бороду тоже засмеялся.

– Да ну вас, разыграли меня, – отмахнулся он.

У нас с Лёхой скуку разом как рукой сняло, настроение поднялось на баллов так двести-двести пятьдесят. Всё вокруг оживилось, стало каким-то близким, родным. И – о, чудо! – клёв пошёл...

Много мы, братцы, тогда с Лёхой наловили рыбы. Дед Тимоха только и успевал, что ахать да махать руками, как курица крыльями. Вот оно, мужики, настоящее, русское счастье.